Все дело в музыке и лепестках роз. Довольно миловидную обреченность, проходящую сквозь все, научились снимать еще в сороковых, офисная работа была рождена вместе с восставшим из пепла Нью-Йорком, а жилые кварталы, где каждый дом повторяет предыдущий, появились, наверное, начиная с шестидесятых. Остальное наложилось историей — Въетнам, рост цен на недвижимость, марихуана, видеокамеры и застрявший во времени Лестер, который, как и все порядочные люди работает семьянином и на своей работе. Первое и второе отдает очевидным коллапсом, выходом из которого становится элегантное увольнение, желание заняться…

Фильм идеально пришёлся на мой переходный возраст. Думаю, его стоит показывать в воспитательных целях подросткам лет 15−16, переживающим кризис и блуждающим в своих иллюзиях. Юношеский максимализм, заставляющий с неприязнью относиться к родителям и делающий убеждение «быть не таким как все» настолько «верным», показан в этом фильме так откровенно и точно, что просто заставляет задуматься и взглянуть на окружающее по-другому. Помню, он буквально всколыхнул моё сознание. И, если уж и отвечать на вопрос про фильм, оказавший наибольшее влияние, то можно твёрдо говорить, что это «Красота по-американски». Фильм…

«Красота…» — очень романтичная история о том, что свобода превыше всего. В семье, сексе, карьере, любви… Правда, (и, скорее всего, это типично американский парадокс) от нее бывает тесно другим… Хотя разве не всем нам мало места? Мне понравилось, что в этом фильме прозвучала типично соловьевская тема — дети лучше (чище, проще, естественней) отцов. Но и те и другие достойны жалости и лучшей участи, или на худой конец — красивой смерти (от страсти, ненависти, мести, а не от подагры или от скуки). Единственное, что меня смущает, — броскость картинки: если бы американцы экранизировали Чехова …